Connect with us

Интервью

Ярон Томчин (Mobupps) о результатах AdTech India 2018

В марте прошла международная конференция AdTech India 2018, которую Mobupps посетили впервые. Это стало не только важной вехой для бренда, но и было частью большой кампании по освоению региона Индия. Чтобы сообщить вам больше подробностей об этом, мы взяли интервью у Ярона Томчина, CEO Mobupps.

AppTractor

Опубликовано

/

     
     

Вы открыли свой филиал в Индии, выйдя тем самым на новый рынок. Расскажите поэтапно, как это происходило?

Во-первых, в марте мы начали строить локальную команду и искать первого, основополагающего человека — country manager’а, который стал бы ответственным за развитие нашего бизнеса в данном регионе, поиск и обучение сотрудников.

Во-вторых, мы сделали упор на развитие со стороны медиа и расширение списка наших партнеров и площадок и повышение объема трафика в Индии в нашей рекламной сети.

В-третьих, мы занимались запуском агрессивных акций с владельцами медиа, к примеру, специальные бонусы, улучшенные способы оплаты и пр.

Ну и в-четвертых, брендинг, без него нельзя. Это был шаг, позволяющий создать положительный образ на рынке, в себя он включает не только достижение качественных показателей в работе, но и активное участие в топовых конференциях, встречах с клиентами, а также самостоятельную организацию митапов с существующими партнерами и клиентами

Заключительным на данный момент шагом стал выход на топовых рекламодателей и агентства. Мы стремимся развивать наше присутствие в Индии, монетизируя наш международный инвентарь паблишеров в регионе, а также становясь ближе к индийским рекламодателям, предлагая им нашу международную рекламную сеть.

Какой на ваш взгляд была организация конференции AdTech India 2018?

Организация была замечательной, ничем не уступала крупным европейским конференциям, как, например, MWC, Gamescom и др. По ощущениям присутствовало порядка 2-3 тысяч человек.

Улавливалась ли какая-либо тенденция, касающаяся аудитории? Было больше мобильных разработчиков или web/VR/AR? Из каких они были стран? В основном Индия? Или из компаний, не имеющих филиалов в Индии? Правда ли, что было много представителей из Китая, Кореи и Японии?

Большая часть компаний со стендами принадлежали к категории mobile firms. Помимо этого, 90% из тех, кто присутствовал на конференции — местные компании и разработчики. Для нас это было замечательно с точки зрения новых знакомств, для дальнейшей локализации на этом рынке, но вот местные по ощущениям были недовольны. За их регион постоянно «сражаются» крупные бренды. И да, было много японцев, китайцев, корейцев — всем им, безусловно, интересна Индия как стремительно развивающийся регион.

А как ваши дела вообще в Азии? У вас ведь там тоже есть офис. Что-то поменялось со времени его создания?

Мы возлагаем на него большие надежды. Настоящий бум дешевых смартфонов в Азии привел к тому, что мобильный рынок КНР на данный момент является одним из наиболее развитых в мире. Большое количество контента потребляется с помощью мобильных устройств и, соответственно, там же совершаются покупки. Однако страны Азии серьезно отличаются друг от друга. Разница между мобильными рынками Китая и Японии, к примеру, гораздо больше, чем между маркетами Германии и России. Поэтому при формировании стратегий мобильного маркетинга Азию нельзя рассматривать как единый субъект.

В апреле 2016 мы открыли своё представительство в Китае, и выработали целый подход к данному рынку. Хорошие результаты сподвигли нас на расширение границ и «завоевание» нового рынка — Индии.

Как захватить индийский рынок и почему Индия является главной надеждой разработчиков

Особенности мобильного рынка Индии

В феврале 2017 года наши коллеги из Unilead делали исследование мобильного рынка этой страны. А чтобы взглянуть на нынешнюю ситуацию, мы взяли еще интервью у Мукундхана Секара, биздев Mobupps в Индии.

Здравствуйте, Мукундхан! Каким вы видите развитие мобильного рынка Индии и какие его особенности вы можете выделить?

Индийские паблишеры играют важную роль в разработке игр и приложений для всего мира. Инновации помогли привлечь инвестиции и возможности для разработки нативных приложений как паблишерам, так и разработчикам.

Проникновение на рынок бюджетных смартфонов и высокоскоростных данных повысили вовлеченность активных  пользователей (DAU).

Почему мы наблюдаем монополию на индийском рынке монетизации от некоторых издателей?

Причина в том, что многие паблишеры идут по конверсионному пути монетизации инвентаря и доходов, например, Admob.

Мы в Mobupps делаем упор на поиск верного решения по монетизации и помогаем издателям достичь намеченных индексов роста и дохода.

С какими основными проблемами сталкиваются издатели?

Во-первых, удержание пользователей. Это непростая задача для любого разработчика. Пользователям быстро надоедает рутинный геймплей, им приходится постоянно развивать игру и добавлять в нее новые уровни, персонажей, элементы дизайна и пр.

Во-вторых, патент на игру. Сейчас появляется все больше инноваций, но они не патентуются должным образом, отсюда больше количество одинаковых игр, что влияет на скорость появления новых тайтлов.

В-третьих, реклама и исследование рынка. Инновации должны поддерживаться при помощи исследования рынка и рекламы, чтобы сделать разработку нужного пользователю приложения возможным.

Почему фрод — череда постоянных решений?

Фрод встречается на разных уровнях индустрии рекламных технологий. Как мобильная рекламная сеть, мы должны проследить, чтобы инвентарь монетизации был прозрачен — это важно для баланса экосистемы.

Является ли KPI хорошим знаком для издателей?

KPI помогает снизить фрод и увеличить конверсию доходов инвентаря издателя, а также помогает как издателю, так и рекламодателю увидеть, какой канал лучше всего подходит для продвижения.

Можете дать советы по эффективной разработке приложения?

Во-первых, всегда помните о целевой аудитории и о том, как важно богатство пользовательского интерфейса в вашем приложении.

Во-вторых, проводите тесты на заряд батареи и подготовьте мощную стратегию вовлечения пользователя для развития приложения.

В-третьих, постоянные обновления и исправления ошибок увеличивают вовлеченность пользователей.

Конец текста: “следующий миллиард” выбирает видео и голос

Какое место занимает Индия в индустрии разработки приложений?

Рынок Индии имеет большой потенциал и очень важен для международных разработчиков приложений и игр. Рост современных технологий, вроде AR и VR, предложил новые возможности для разработчиков игр.

Существует много игр для Android, готовых конкурировать с зарубежными приложениями, как, например, Teen Patti, Teen Patti Gold, Ludo King.

Комментарии
Если вы нашли опечатку - выделите ее и нажмите Ctrl + Enter! Для связи с нами вы можете использовать info@apptractor.ru.
Advertisement
Click to comment

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply

Дизайн и прототипирование

Фирменный стиль: правила и механика разработки

В июле в Санкт-Петербурге прошла первая встреча глобального сообщества предпринимателей Startup Grind, на которой выступил Роман Горбачев, основатель «Логомашины». Мы пообщались с Романом, чтобы узнать об особенностях разработки фирменного стиля и его адаптации для цифровых носителей.

AppTractor

Опубликовано

/

Автор:

Расскажите, что такое фирменный стиль и из каких компонентов он состоит?

В общем значении, фирменный стиль — это набор правил, по которым делаются все фирменные вещи. Это цвета, их соотношения, шрифты и прочее. Стиль нужен, чтобы фирма запоминалась и производила впечатление, например, технологичной компании или наоборот, простой и доступной.

В фирменном стиле оформляются все точки контакта с клиентом: сайт, приложение, упаковки и т. д. Примеры можно найти в нашем портфолио: мы всегда разрабатываем примеры визуализации для всех носителей, которые использует клиент.

С чего начинается разработка фирменного стиля? И в какой момент вы начинаете думать, как фирменный стиль будет выглядеть на различных носителях? Бывают ли случаи, когда фирменный стиль разрабатывается именно с учетом того, что он будет использоваться только на цифровых носителях?

Разработка стиля начинается с брифовки клиента — так мы понимаем, с одной стороны, позиционирование фирмы, с другой, как этот стиль планируют использовать. Мы делаем особенный упор на качественную брифовку, потому что мы даем гарантию — если логотип не понравится, мы вернем заказчику все деньги. Поэтому если бриф нам непонятен, мы звоним клиенту и проговариваем все моменты до тех пор, пока задача не станет ясна и нам, и заказчику.

После этого опытный дизайнер может легко представить, как стиль будет выглядеть. Конечно, если мы делаем стиль, например, для блокчейн-приложения, мы сразу рассчитываем, что он будет применяться в основном в цифровой среде, а не на бумаге.

Какие особенности есть у цифровых носителей? Какие-то специальные технические требования или пакет из обязательных форматов?

При работе с цифрой можно сразу использовать анимацию или трехмерную динамику — это может выделить логотип и стиль среди подобных. Требований и ограничений в этом случае меньше, чем при печати, и этим можно пользоваться, чтобы производить впечатление. Мы добавляем в каждый логотип анимацию, чтобы лучше передать его характер:

Что делать, если во время разработки веб- или мобильного сервиса оказывается, что фирменный стиль не подходит? Например, если шрифт или цвета оказываются нечитабельными на экране смартфона? Что делать в такой ситуации?

Доделывать. Я таких случаев не припомню, но если оказывается, что стиль невозможно применить, нужно менять стандарты. Вообще, эволюция стиля — стандартное явление, не нужно этого бояться. Вот, например, Нетология обратилась к нам за развитием стиля — мы сделали минимальные изменения и решили задачу.

А как бы вы решили, например, кейс уже знаменитого ДжонФедора?

В случае с ДжономФёдором мы увидели интересный проект и разработали собственный концепт. Судя по обратной связи и притоку клиентов, вдохновленных этим проектом, работа получилась отличной.

И как подстраховаться на этапе разработки фирменного стиля? Есть ли какие-то форматы тестирования, которые помогут избежать подобных ошибок?

Фирменный стиль нужно делать комплексно и показывать на тех носителях, которые будут в жизни – их должен предоставить заказчик. Также на стороне заказчика должны быть дизайнеры, которые поймут и разовьют фирменный стиль на все экраны приложения, например.

Как быть с юридической стороной вопроса? Например, если лицензия на шрифт, используемый в логотипе, распространяется только на физические носители? Может, есть какие-то ваши кейсы, которыми вы можете поделиться?

Лицензии шрифтов – отдельная сложная тема. По возможности мы работаем со свободными шрифтами или покупаем полную лицензию. Со шрифтами, ограниченными по аудитории, работать очень сложно.

Какие самые частые ошибки вы замечаете при адаптации фирменного стиля для веба и мобайла?

Ошибка номер один – логотип делается для большого формата, а используется в маленьком размере: на сайте, в приложении. Это встречается повсеместно — такие логотипы невозможно разглядеть. В вебе часто забывают про самый маленький формат, типа фавикона. Для приложения критически важна уникальная цветовая гамма, у многих ее просто нет. Есть один цвет, который совпадает с кучей других приложений. Это основные проблемы в узнаваемости.

И как их избежать?

Чтобы избежать таких проблем, нужно делать логотип под тот размер, в котором его будут видеть чаще всего. И презентовать на этом месте (мы называем его «Главное место»).

В работе над цветовой гаммой важно изучить конкурентов и «захватить» те цвета, которые они не используют. Чаще всего придется использовать сочетание цветов — в таком случае нужно определить соотношение и иерархию цветов (какой цвет идет на фан, какой из них используется редко и для акцентов).

Как минимизировать негативную реакцию пользователей на ребрендинг, которую мы наблюдаем у практически всех популярных приложений?

Обычно эта реакция не столько на редизайн, сколько на то, что пользователей не спросили. Стало непривычно и неудобно. Такая реакция неизбежна, нужно просто переждать.

Чтобы минимизировать негатив, нужно подготовить пользователей — начать опрос мнений, потом дать попользоваться новой версией как эксклюзивом. И самое важное — внимательно отнестись к пользовательским данным. Если есть накопленный опыт, его нужно перенести и в новую версию, несмотря на редизайн.

Спасибо!

Комментарии
Продолжить чтение

Интервью

myTarget: умные кампании, видео, алгоритмы и данные

Как сейчас работает и к чему стремиться крупнейшая российская мобильная рекламная сеть? Мы поговорили с представителями myTarget и расспросили их о настоящем и будущем целевой рекламы.

AppTractor

Опубликовано

/

Автор:

Какие изменения произошли в платформе за прошедший год?

В 2017 году мы провели ряд обновлений — как значительных, которые взяли на вооружение многие рекламодатели, так и незаметных на первый взгляд, но полезных изменений алгоритмов и технических методов.

Пользователи все активнее потребляют видеоконтент. Видео — безусловно уже стало одним из основных инструментов рекламы, даже клиенты нацеленные на решение перформанс задач переходят на него. Мы запустили видеоформат для продвижения приложений в ленте ВКонтакте и Одноклассников. Такое видеообъявление отображается в ленте новостей,  воспроизводится автоматически и предлагает установить приложение через кнопку призыва к действию. В ролике может демонстрироваться интерфейс создания персонажей или выполнения игровых задач. Сейчас это один из самых высококонверсионных форматов для продвижения мобильных игр в myTarget.

Для упрощения запуска рекламы был добавлен генератор отчетов — инструмент, который помогает найти свою целевую аудиторию. Теперь рекламодателю не придется дробить аудиторию и транслировать на каждый сегмент тестовые кампании. Вместо этого можно запустить общую кампанию, выгрузить отчет и посмотреть, какие сегменты сработали лучше всего.

C 2017-го рекламная платформа myTarget позволяет следить за offline-эффектом от digital-рекламы. Рекламодателям доступна возможность загрузки списка CRM-данных посетителей с последующей атрибуцией визитов кампаниям, объявления которых видел пользователь или взаимодействовал с ними.

Открыли в 2017 году всем рекламодателям доступ к маркетплейсу внешних аудиторных сегментов, предоставляемых провайдерами данных. Маркетплейс позволяет рекламодателям приобретать максимально релевантные аудиторные сегменты, предоставляемые платформами управления данными (Data Management Platforms, или DMP). DMP аккумулируют данные из сторонних источников и систематизируют их, разделяя на сегменты.

В прошлом году запустили кроссдевайс-формат Lead Ads в Одноклассниках, который позволяет собирать лиды прямо внутри соцсети, упрощая сбор заявок. Новый формат включает форму обратной связи для клиентов прямо в объявлении.

Пользователю не нужно переходить на внешний сайт, поля в заявке заполняются автоматически из профиля.

Лиды сохраняются в рекламный кабинет, откуда можно выгрузить статистику в собственную базу.

А что насчет рекламных стратегий?

Рекламный рынок движется в сторону совершенствования «умных кампаний»: рекламодатель задает цели, бюджет, аудиторию, а алгоритмы самостоятельно оптимизируют показатели, добиваясь максимальной эффективности. Это подталкивает рекламные площадки к переходу на оптимизацию показов тем пользователям, которые с наибольшей вероятностью выполнят целевое действие – установят приложение. Оптимизированный CPM уже можно подключить в myTarget. Модель oCPM, в отличие от CPI,  позволяет увеличить объем установок, удерживая их среднюю стоимость, и применима для всех основных мобильных форматов, включая видео и карусель.

Появились ли у вас новые таргетинги?

Мы создали актуальный таргетинг на пользователей, у которых установлены похожие приложения. Например, вы продвигаете приложение такси и видите, что у пользователя уже есть подобное — и, возможно, не одно. Вероятность, что этот человек установит ваше приложение, выше. Другое важное обновление — in-app retargeting. Теперь можно получить аудиторию, которая покупает в приложениях, и настроить на нее ретаргетинговые кампании. Если вы заметили, что пользователи приложения не проявляют активность в течение 30 дней, можно таргетировать на них мотивационную рекламу.

Кроме того, мы в феврале запустили таргетирование по психотипам пользователей: на основе модели психотипирования личности BIG5. Использование психотипов позволит формировать более персонифицированные предложения и повысить эффективность рекламной коммуникации. Например, люди с высоким уровнем сознательности и низким уровнем открытости опыту  планируют все заранее, а также достаточно прагматичны. Рекламная коммуникация для такой аудитории должна содержать конкретный посыл, отражающий явную выгоду и гарантии стабильности. Пользователи же с низким уровнем сознательности (высокой импульсивностью) и высоким уровнем открытости опыту быстро увлекаются новыми темами: кампанию, ориентированную на этот сегмент, лучше всего строить вокруг интересных и необычных свойств продукта.

Какие изменения и тенденции были наиболее важны в сфере мобильной рекламы?

Последний год стал годом потребления мобильного трафика, поэтому произошел рост сегмента рынка e-commerce, сфокусированного только на мобильной аудитории. Крупные бренды начали конкурировать за мобильную аудиторию и ее внимание. Так, некоторые большие компании в течение года держали курс на mobile first.

Кроме того, реклама на мобильных устройствах объединилась с быстрорастущим сегментом видеорекламы. Растет популярность видеоконтента у современной аудитории, которая переходит от чтения к получению информации через видеоканалы. Поэтому запуск видео с автоплеем в нативной ленте, о котором мы уже упоминали, стал одним из заметных нововведений 2017 года.

Стоит отметить, что многие рекламодатели выбирают уже кроссплатформенное размещение видеорекламы. Так более половины рекламных затрат (54%) в прошлом году пришлось на кросс-девайсные кампании, доля десктопного размещения составила 24%, мобильного – 22%. Кросс-девайсное размещение дает возможность регулировать интенсивность контакта, а видео, как более интерактивный формат, привлекает внимание пользователя в ленте соцсетей, показывает наглядно преимущества товара и способы его использования, повышает конверсию.

Какие цели вы ставите на 2018 год?

Во-первых, это создание «умных кампаний». Рекламные платформы стремятся снизить число итераций между клиентом и рекламодателем, чтобы сделать процесс покупки услуги или товара простым и быстрым. Мы уже начали работать в этом направлении в 2017 году и продолжаем его развивать в 2018. Обновленные алгоритмы будут рассчитывать, где и как получить необходимое количество целевых действий для рекламодателей.

Во-вторых, как уже говорили ранее, акцент на видео. А значит, мы продолжим разрабатывать новые видеоформаты. Кроме того, мы стремимся сделать видеоформаты более доступными для небольших компаний. Видеопродакшн уже заметно дешевле, чем раньше. Недавно мы запустили новый редактор видеороликов от myWidget, который поможет снизить для малых рекламодателей барьер входа на рынок.

В-третьих, мы продолжаем совершенствовать алгоритмы и методы обработки данных.

Будет ли вам в этом помогать модный искусственный интеллект?

Мы активно используем искусственный интеллект при создании рекламных таргетингов. В текущем году мы будем не только выявлять принадлежность пользователя к определенному сегменту аудитории («Авто», «Бытовая техника», «Недвижимость» и т. д.), но и более точно предсказывать вероятность возникновения потребности с помощью технологий машинного обучения. Так, myTarget уже открыл сегменты пользователей, предрасположенных к совершению покупки автомобиля или смартфона. Развитие в этом направлении сделает рекламу эффективнее: позволит транслировать более узкотаргетированные рекламные сообщения, соответствующие потребностям пользователя и не вызывающие раздражения.

Какие форматы рекламы сейчас наиболее эффективны?

Как мы уже отметили ранее, сложно выделить наиболее эффективный формат, платформу или технологию: они срабатывают по-разному в зависимости от сферы бизнеса и его целей. Все проверяется тестированием.

К примеру, популярным форматом среди рекламодателей в сфере e-commerce и retail  является «Карусель». Он позволяет демонстрировать сразу несколько слайдов в рамках одного рекламного места, не загружая ленту пользователя. Это дает возможность рассказать последовательную историю о преимуществах продукта или представить витрину товаров.

В то же время кроссплатформенные видеоформаты достаточно популярны у рекламодателей в товарных категориях «Бытовая техника и электроника», «Ювелирные изделия и часы», «Авто», «Недвижимость», «FMCG». Такая технология помогает  исключить лишние контакты, точнее рассчитать охват и оптимизировать бюджет, так как позволяет распознать пользователя на разных устройствах.

А размещение мобильного видео характерно для товарных категорий, в большей степени ориентированных на мобильную аудиторию или performance-задачи: «Игры», «ПО», «Е-коммерция» и других.

Видите ли вы проблему фрода и как с ней боретесь?

Действительно, очень важно не только развивать сеть и увеличивать охват, но и работать над качеством трафика. Мы используем проверенную систему антифрода, которая фильтрует ботов. Каждое действие пользователя (клик, показ) фиксируется в логах. Логи агрегируются и обрабатываются антифродом.

В случае, если у рекламодателей возникают сомнения относительно качества трафика, наши специалисты техподдержки сравнивают логи и помогают разобраться в проблеме.

Спасибо!

 

Комментарии
Продолжить чтение

Интервью

Элад Натансон (Appnext) в Mobio Talks про рынок CPI и тренды в индустрии мобильных приложений

CEO Getloyal, Алексей Писаревский, в рамках проекта Mobio Talks, взял интервью у CEO израильской платформы для монетизации и продвижения мобильных приложений Appnext — Элада Натансона.

AppTractor

Опубликовано

/

Автор:

Про команду Appnext и развитие на рынках

Как давно вы работаете в этом офисе в Израиле?

Около двух лет.

Сколько сотрудников в Appnext — больше ста человек?

Да, в Appnext работает 120 сотрудников. И мы продолжаем нанимать.

Вы называете сотрудников компании «аппнекстерами». Кто для вас идеальный «аппнекстер»?

Мы ценим креативность, амбициозность, командный дух, гибкость во многих аспектах. Люди, которые приходят утром в офис с пониманием, что нужно делать, и, обязательно, с желанием работать.

Кого вы бы ни за что не взяли?

Безразличных людей. Тех, кто не сможет стать частью компании, не станет вкладываться, не будет получать удовольствие от наших задач. Людей без энтузиазма — тех, кто считает, что работать значит сидеть за столом изо дня в день. Мы ищем тех, кто стремится развиваться и вкладываться, а посидеть можно и дома.

Бывает ли так, что в начале сотрудник очень активен, но через какое-то время у него пропадает интерес?

Такое бывает. Наша задача в таком случае — разобраться, как мы можем помочь. В первую очередь, нужно понять, насколько правильно сотрудник понимает свою роль и цели, а также, как оценивается его деятельность. Если решить трудности не получается, мы всегда стремимся предложить таким сотрудникам другую должность в компании. Некоторые наши сотрудники переходили из одного отдела в другой, и в некоторых случаях это способствовало карьерному росту.

Помимо главного офиса в Тель-Авиве, у Appnext есть еще пять офисов — в Пекине, Сеуле, Сан-Франциско, Львове, на Кипре, верно?

Вообще-то, их семь — два других в Японии и Бангалоре.

С Пекином, Сеулом и Сан-Франциско все ясно. С Индией и Японией тоже — там местные рынки. Львов — R&D-центр. Но зачем вам офис на Кипре?

Кипр — для нас особенное место. Там я лично открывал наш первый офис за пределами Израиля. Это было 14 лет назад. Мы тогда думали над тем, где разместить команду техподдержки и рекламный отдел, и остановились на Кипре. Вот почему у нас там офис. Техподдержка работает посменно практически в круглосуточном режиме, помогая пользователям работать с платформой.

А как идут дела в Китае? Там непростой рынок.

В Китае сложно работать только если не понимаешь культуру. Китайский рынок — потрясающий в плане людей, их амбициозности, стремления расширяться, покорять мир. Вообще-то, мне кажется, что израильтяне и китайцы во многом похожи. Если есть собственный офис, правильные люди в команде и грамотно выстроенная инфраструктура, никакие трудности не страшны, и тогда можно вершить великие дела.

О какой инфраструктуре идет речь? Поделитесь примерами?

Коммуникации на локальном уровне — вот что самое главное. В Китае нам сразу удалось собрать команду профессионалов, и мы продолжаем пополнять ее новыми талантами — именно благодаря этому нам удалось достичь успехов в последние годы. Без офиса и команды этого бы не произошло, зато, если работаешь с правильными людьми и компаниями — возможностям нет предела.

Сколько человек работают в китайском офисе?

Десять в Пекине, и еще один в Шэньчжэне.

Что скажете о российском рынке?

Это один из стратегических рынков для нас, в плане роста и активности он в пятерке важнейших. Российский рынок — стратегический в том плане, что мы делаем на него большую ставку на ближайшие пару лет. Мы сотрудничаем с крупнейшими российскими разработчиками и издателями. Нас интересуют OEM-компании — именно для них создан наш продукт Appnext Actions, и мы активно работаем над тем, чтобы внедрить его в России. В следующие пару лет этот рынок определенно будет стремительно расти и в плане роста числа мобильных устройств, и в плане увеличения маркетинговых бюджетов.

Где будет следующий офис?

Думаем про Латинскую Америку — скорее всего в Бразилии. Или же в Европе.

Многие компании, открывшие международные офисы, сталкиваются с трудностями при поиске управляющего. У вас есть идеальный рецепт для таких случаев?

На такие позиции надо искать близких по духу людей. Какой управляющий, такой и офис, поэтому этот человек должен разделять ценности и культуру компании.

Вы нанимаете местных специалистов?

Всегда.

Бывало, что ошибались или что-то шло не так, когда принимали решение относительно управляющего офисом?

Ошибки случаются, но в нашем случае проблемы возникали из-за расположения офиса, а не самих сотрудников. Когда мы начинали в Китае, нам казалось, что правильнее всего открыть офис в Шанхае, мировом финансовом центре, а не в Пекине. Мы проработали в Шанхае пару месяцев, но быстро поняли, что большинство наших партнеров из Пекина, поэтому решили переехать туда.

Команда осталась прежней?

Да, это было в самом начале работы офиса.

Про инвестиции и бустрэппинг

Я не нашел информацию о том, пользуетесь ли вы внешними инвестициями.

Appnext работает по принципу самофинансирования. Еще в 2012-м мы решили самостоятельно, по кирпичику создать платформу для мобильных приложений. А свой первый онлайн-бизнес я основал 17 лет назад.

Получается, вы использовали собственные средства? Большая была сумма?

Да, за последние несколько лет мы вложили в компанию пару миллионов — полностью на принципах самофинансирования, можно даже сказать, бутстрэппинга. Благодаря этому у нас есть свобода действий.

Пара миллионов — это уже не совсем бутстрэппинг! Компания приносит прибыль?

Приносит, но это сейчас не главное для нас, потому что цель компании — стратегическое развитие.

Что вы имеете в виду?

Мы смотрим на рост, на то, как развивается платформа, сколько пользователей и партнеров используют наши технологии. Вести счет прибылей и убытков не так интересно.

Рассматриваете возможность привлечь дополнительное финансирование?

Сейчас нет, несмотря на то, что нам постоянно делают предложения. Примерно раз в неделю пишут: «Привет, мы хотели бы узнать подробности и, возможно, проинвестировать». Мы думали о том, чтобы использовать внешние инвестиции для развития наших технологий — для этого понадобятся существенные суммы. Возможно, в будущем мы проведем раунд, но пока говорить об этом рано.

Про тренды в индустрии и запуск новых продуктов

Год назад вы начали активно продвигать Appnext Actions, но я не нашел кейсов внедрения этого решения. Может быть, вы расскажете об успехах?

У нас есть пара кейсов от OEM-компаний, которые поставляют устройства с предустановленным виджетом Appnext Actions. Есть еще Dailyhunt, самое популярное новостное приложение в Индии. Некоторые его компоненты, в частности меню и статьи, интегрированы с Appnext Actions.

Как работает эта интеграция для пользователей Dailyhunt?

Решение Actions разработано для создания интеграций между сервисами. Изначально Appnext был платформой, которая помогала пользователям находить новые мобильные приложения и вновь использовать уже установленные. Appnext Actions — шаг вперед, который позволяет интегрировать сервисы между собой или в рамках Super Apps. Через приложение Dailyhunt можно заказывать еду, делать покупки, оплачивать билеты, бронировать жилье. Поэтому вместо того, чтобы просто предоставить пользователям возможность узнавать о новых приложениях из Dailyhunt, мы позволяем им, например, одним движением купить билет на самолет прямо из приложения. Следующий шаг — сделать так, чтобы эти возможности были доступны на устройстве сразу же после покупки. В таком случае, вам ничего не придется скачивать — все нужное уже будет у вас под рукой.

Для чего нужна ваша платформа?

Мы даем доступ к таким возможностям. Делаем так, чтобы пользователь получил нужную услугу в нужный момент.

А что насчет поставщиков услуг? Можно ли самому создать приложение для вашей платформы?

Можно. Если вы — поставщик услуг и хотите интегрировать свое решение с Appnext Actions, есть несколько способов это сделать. Во-первых, если ваше приложение поддерживает мгновенный запуск, вы сможете в краткие сроки охватить миллионы устройств поскольку наши решения позволяют пользователям сразу же воспользоваться вашим приложением. Другой способ — через ваш API. Используя ваш API, мы разработаем для вас мини-приложение, которым можно будет пользоваться так же, как самим приложением. Через созданный нами веб-интерфейс каждое действие пользователя будет связано через API с вашим приложением. По сути, мини-приложение будет имитировать его.
Похоже на то, как это работает в Facebook Messenger. Возможно, за этим будущее, но сейчас, на мой взгляд, пользоваться отдельным приложением удобнее.

Устанавливать полноценное приложение и работать с ним?

Да, так и есть. Пользователь может установить и обычное приложение. Но мы видим это так: рано или поздно большинство приложений будут использоваться только один раз. Возьмем, например, приложения travel вертикали — средний пользователь бронирует номер в отеле два раза в год. Сейчас это происходит так: устанавливаешь приложение, ищешь подходящий отель, пару дней размышляешь, после чего удаляешь приложение. Мы даем возможность забронировать номер мгновенно из того приложения, где находится пользователь.

Но такие приложения скачивают не для того, чтобы пользоваться каждую неделю, а для того, чтобы получить качественный пользоватльский опыт, UX. Разве не правильнее предложить как минимум нечто похожее?

Я полностью согласен, и мы как раз над этим работаем. При этом мы стараемся не только сделать опыт взаимодействия с мини-приложениями максимально полноценным, но и предложить пользователю дополнительные преимущества. Именно поэтому пользоваться Super Apps удобнее, чем устанавливать новое, незнакомое приложение.
На мой взгляд, в будущем приложения Instant Apps решат эту проблему, но это во многом зависит от того, насколько активно разработчики будут использовать Google Instant App API.

Значит, по-вашему, индустрия приложений движется в этом направлении Instant Apps и Super Apps?

Именно так, и не я один в этом уверен. У Google похожее видение. Мы хотели бы стать движущей силой, которая стимулировала бы развитие Super Apps, в которых сочетались бы различные инструменты: мессенджеры, лаунчеры, новостные приложения — давать им возможность самим становиться супер-приложениями.

Про рынок CPI

Что сейчас происходит с традиционным CPI-рынком? Многие жалуются, что он перестал расти теми темпами, которые были два-три года назад. Рекламодатели переносят бюджеты напрямую в Facebook и на похожие площадки. Что вы об этом думаете?

На мой взгляд, где-то в конце 2017 года для рынка привлечения пользователей в мобильные приложения настал переломный момент. Сегодня маркетологи, разработчики, рекламодатели намного лучше понимают, как работает онлайн-реклама, как обезопасить себя от мошенничества. Рынок находится в ситуации большого спроса. Рекламодатели заинтересованы в постоянном привлечении новых пользователей. Они уже успели потратить какое-то количество денег на кампании в Facebook и Google.

Уровень эффективности CPI-моделей со временем растет и будет продолжать расти. Стоимость медиа для существующих брендов повышается, поэтому бренды ищут новые способы потратить маркетинговые бюджеты с умом. Благодаря доступности информации они ищут определенные услуги или платформы, которые могут внести свой вклад в их продукт и повысить его ценность, вместо того, чтобы бездумно тратить деньги и рисковать репутацией. Многие нечестные компании за пару лет потерпели крах. Зато те, кто умеет работать с медиа и технологиями, приносить пользу клиенту, весьма успешны. Конечно, пока не все трудности решены, в том числе те, что касаются ошибочной атрибуции.

Расскажите свое видение относительно атрибуции.

Это обширная тема. В целом, когда появился мобильный маркетинг, рекламодатели хотели платить за установки приложения, а не за размещение в медиа, потому что они могли сами мгновенно отследить установку с помощью сторонних агентств. В какой-то момент все вдруг захотели работать по модели CPI, и некоторые компании, которые даже не умели работать с медиа, начали злоупотреблять ситуацией. Для них мотивацией стало стремление увеличить количество установок вместо того, чтобы показать ценную рекламу своим пользователям.

С моделью CPI так происходит постоянно.

Это правда. Причина в неправильной мотивации. На мой взгляд, в отношении атрибуции и нынешней структуры маркетинга в плане цены и того, как работают компании, сейчас происходит следующее: для компаний, которые создают ценность с помощью медиа, атрибуция разделена между компаниями с самоатрибуцией, такими как Facebook и Google, которые, находят правильный способ измерить свой вклад, и компаниями без самоатрибуции. Из-за нечестных игроков последние имеют более низкий уровень атрибуции. Поэтому их реклама получает меньше ценности, чем должна, из-за чего на рынке возникает дисбаланс: реальные медиа имеют низкую цену и создают меньше ценности для издателей и разработчиков.

Раз уж зашла речь о медиа — вы начинали как DSP платформа, ориентируясь в основном на клиентов и рекламодателей. Теперь, кажется, фокус сместился в сторону поставщиков и самостоятельного сбора все больших объемов трафика.

Мы начинали как платформа для мобильных приложений, которая в первую очередь предоставляла решения разработчикам. Тогда мы были платформой со стороны предложения, а функционал платформы со стороны спроса добавили в конце 2015 года. Сейчас с нашим SDK интегрированы около 45 тыс. приложений, и это только Android-приложения. И каждый месяц добавляется несколько тысяч новых.

Про личное

У вас пятеро детей. Как вы совмещаете работу и дом?

Всегда нужно стараться сохранять правильный баланс между работой и личной жизнью, находить себя, проводить больше времени с детьми, отложить в сторону компьютеры и телефоны.

Давайте проведем небольшой блиц-опрос. Какой из офисов Appnext — ваш любимый после тель-авивского?

Пожалуй, тот, что на Кипре.

Лучшая мобильная конференция?

MWC в Барселоне.

Где бы вы хотели жить кроме Израиля?

Положа руку на сердце — только в Израиле. Конечно, здесь не все идеально, но это мой дом, и я нигде не чувствую себя так же комфортно.

Назовите три причины, почему израильские компании — лучшие в мире.

Дело не в компаниях, а в людях. У израильтян от природы и исторически очень сильно развит инстинкт выживания. На долю евреев выпало много тяжелых испытаний, и все это заложено глубоко в сознании нашего народа. Мы стремимся быть максимально эффективными, мы амбициозны, ставим очень высокие цели во многих аспектах. Большинство моих знакомых предпринимателей из Израиля — из тех, кто задирает себе планку до небес. Все хотят создать ни много ни мало новый Фейсбук! Но завышенные амбиции не мешают нам радоваться промежуточным успехам. Кроме того, мы с технологиями на «ты», из-за этого все здесь работает более эффективно. Так что даже при малом количестве ресурсов благодаря амбициям мы способны добиться успеха.

Какое главное качество предпринимателя?

Одержимость. Будьте одержимы тем, что делаете. Страсть, энтузиазм — главный двигатель любого бизнеса.

Внешние инвестиции или бутстрэппинг?

Бутстрэппинг.

Facebook или Google?

Google.

Apple или Google?

Google.

Назовите трех предпринимателей, которые сильнее всех вдохновляют вас?

Джефф Безос, Сергей и Ларри и Илон Маск.

На этом все, большое спасибо!

Больше интервью на канале @epicgrowth в Telegram!

Комментарии
Продолжить чтение

Интервью

Александр Кузнецов и Сергей Мячин (Live Typing): вкладываться в бизнес клиента

Александр Кузнецов и Сергей Мячин из студии Live Typing рассказали нам о зарождении компании и своем подходе к разработке.

Леонид Боголюбов

Опубликовано

/

Расскажите, что такое Live Typing сейчас, какими проектами вы гордитесь? На что можно посмотреть, чтобы понять, что вы, ваше качество работ, ваша витрина?

Мы занимаемся разработкой мобильных приложений. Из самых значимых проектов сейчас у нас – это мобильные магазины, например, для компании «Иль де Ботэ». В прошлом году мы делали мобильное приложение для Чемпионата мира по шахматам. Есть такой стартап, который называется RocketGo. Наши сахалинские ребята делают классную штуку для путешественников со всего мира, чтобы в одном приложении смотреть на все экскурсии, которые есть. И это хороший пример, когда компания, которая развивает мобильные приложения, и ребята, которые двигают стартап, вместе объединяются, и получается довольно круто и хорошо делать продукт. Еще один наш клиент – проект «Мой доктор» телемедицинский. И мы уже больше года занимаемся его поддержкой и развитием.

Подкаст AppTractor: студия Live Typing

А как вы пришли к Live Typing? Расскажите немного о том, как компания появилась, начиналась.

Вообще, название появилось значительно позже, чем появилась идея, на которой она основана. Идея была такая, что существует целый ряд каких-то занятий, в которых процесс того, как это происходит, может оказаться важнее (или, по крайней мере, не менее важным), чем результат, который получается в этом процессе. И там первое, к чему это хотелось применить – это написание текстов, написание каких-то писем или стихотворений – какое-то литературное текстовое творчество, когда интересно было посмотреть, что происходит в процессе создания текста. И эта идея потом легла в основу сервиса, который был назван Live Typing. Мы его сделали в 2009 году.

Потом, спустя год, аналогичную идею применили к такому графическому приложению, которое существовало ВКонтакте и называлось «Живое граффити». И оно, в общем-то, дублировало какую-то основную функциональность стандартного приложения ВКонтакте, но позволяло еще понять весь процесс рисования, впоследствии проигрывая его. Любой человек приходит, что-то рисует, какую-то каракулю, и он превращается в мультфильм. Потом мы добавили туда наложение музыки и, собственно, это такой сервис для передачи каких-то своих моментных эмоций.

Туда пришло какое-то огромное количество людей тот момент – в начале 2010 года. В основном, конечно, маленьких детей. Какой-то средний пользователь, он оказался ниже того возраста, который минимальный можно ВКонтакте указать в своем профиле. Просто потому, что люди не могли указывать – моложе 11-ти лет, поэтому у всех у них стояло «11 лет». И за первый год, по-моему, существования этого сервиса через него прошло порядка 20 млн. человек на постсоветском пространстве.

Первые 2-2,5 года, начиная с 2010-го, мы занимались этим приложением – «Живое Граффити», его развитием, переводом на другие, в том числе мобильные, платформы. Где-то в начале 2013 года основная аудитория у нас все-таки находилась внутри ВКонтакта. Тогда ВКонтакте, ежегодно меняющий правила размещения рекламы, поменял их в очередной раз. И оказалось, что за такую молодую аудиторию рекламодатели не были готовы платить те деньги, которые ВКонтакте установил как минимальные. После чего у нас внутри этого сервиса какая-то схема монетизации перестала работать.

И мы как-то предвидя это еще в конце 2012 года переориентировались на разработку веб-сервисов и мобильных приложений на заказ. И с тех пор занимаемся как раз сервисным бизнесом в плане создания каких-то интернет-проектов. Но я все-таки называю это не мобильным приложением, а интернет-проектами для крупных клиентов. И вот именно в таком качестве мы существуем, по сути, с начала 2013 года до текущего момента, то есть уже больше пяти лет.

Если посмотреть на ваше портфолио, у вас какие-то совершенно разнообразные, разнонаправленные даже не направления, а формы бизнеса. У вас есть «Иль де Ботэ», это большой ритейлер, а есть какие-то маленькие стартапы, которые делают один продукт, не знаю, успешно или нет, но очевидно, не очень большие внутри себя. Как вы выбираете клиентов?

Может быть снаружи и выглядит, что они очень разные. Все-таки какой-то спектр у нас довольно ограниченный. Прежде всего, это какой-то ценовой фильтр есть. То есть мы находимся в некоторой ценовой нише. Мы в каком-то смысле региональная студия, но с таким очень уже опытным и качественным коллективом. И поэтому для региональной студии мы в целом дорогие, но для московской студии мы еще дешевые. То есть с высоким качеством, но не очень дорогие.

Кроме того, мы еще на старте работы как диджитал-агентство решили, что не будем называться веб-студией, и не будем делать сайты на CMS. Очень много в России в тот момент, в конце 2012 года, существовало веб-студий, которые занимались разработкой сайтов. И становиться там 1001-й было очень как-то неинтересно. Поэтому в тот момент мы назвались мобильной студией, то есть студией по мобильной разработке. Причем мы тогда были очень маленькие, и у нас было, по-моему, в тот момент два мобильных разработчика всего в штате. И мы сказали: «Мы разработчики мобильных приложений и так мы будем позиционироваться».

А где вы территориально находитесь? Откуда у вас команда работает?

Мы находимся в Омске, представительство в Москве у нас есть. Небольшой офис в Москве. И основная часть команды и, собственно, все производство находится в Омске.

Так как я из Финляндии смотрю ваш сайт, то мне он пишет: «Washington D.C.». Это такая…как сказать?…прикрытие специальное? Или у вас еще действительно есть американская компания, которую тоже как-то развиваете?

У нас есть российская компания Live Typing, есть Live Typing Incorporated – компания, которая в Вашингтоне зарегистрирована. И у нас это, по-моему, был 2014 или 2015 год, когда, родилась идея такого эксперимента – одного из наших учредителей послать в США. Сейчас этот эксперимент продолжается. Но, вообще говоря, да, у нас с зарубежными клиентами чаще всего договоры заключаются с нашей американской компанией. Поэтому это не прикрытие в том смысле, что выдуманная история.

Там очень много нюансов для работы и понять их из России было невозможно. Через год после переезда партнер даже проводил вебинар для российских студий о том, с чем можно столкнуться при оформлении визы, с чем там он столкнулся, когда уже переехал и начал обустраиваться. Потому что он переехал еще и с семьей с двумя детьми. Там много было таких веселых моментов – с чем сталкивается человек с российской ментальностью, переехав в другой мир, где люди по-другому воспитаны, по-другому себя ведут, по-другому думают, и как подстроиться под них, как научиться с ними разговаривать на одном языке, и можно ли это сделать. Тут много такого…

Какое у вас соотношение клиентов западных и клиентов из России и стран СНГ?

По деньгам я вот недавно подводил итоги за 2017 год. У нас 56% денег – это из России. 44% – западных. Но эти иностранные деньги, скажем так, они не только доллары – у нас много иностранных клиентов из Австралии, из Испании, откуда-то еще из Европы. И американский офис приносит только какую-то часть не рублевых денег.

Есть такой момент, что все-таки присутствие на локальном рынке зарубежном позволяет продавать те же услуги значительно дороже. Ставка, по которой продает именно наш американский офис наши услуги, она значительно выше, чем наша, российская. Но там и расходы значительно выше на маркетинг и содержание этого офиса. Сейчас у нас этот эксперимент продолжается, и он, Сергей говорил, он, скорее, в ноль у нас работает. То есть все деньги, которые дополнительно зарабатывает американский офис, он тратит на свое содержание.

А как вы работает с клиентами?

Клиенты, которые не из США, у нас работают напрямую с нашими российскими офисом, российским производством. То есть те руководители проектов, которые у нас находятся в Омске, с ними напрямую общаются, и все работы по проектам, все вопросы по проектам они решают. Проекты именно, которые работают через американский офис, предварительно управляются американским офисом, который уже потом контролирует работы у нас в Омске.

Американцы знают, что вы, в принципе, российская компания? Проблемы возникли в связи с нашими отношениями?

Последнее время, да стало сложнее участвовать в некоторых окологосударственных тендерах. И, в принципе, большие компании, которые беспокоятся о безопасности серьезно, они там начали с подозрением относиться к тому, что российские хакеры что-то тут… Для них это какая-то, какого-то рода страшилка, которая… я не очень верю, что она соответствует действительности.

Мы не пропагандируем и не пишем: «Доверьтесь российским специалистам». Но мы изначально говорим: «Да, мы здесь физически находимся, можем к вам приехать, можем поговорить. Но наше производство находится в России». То есть мы не пытаемся на этом как-то внимание заострять, с одной стороны, но с другой стороны мы и не скрываем.

Вы региональная студия, или, скажем, региональное производство. Насколько трудно вы оперируете кадрами? Есть ли у вас проблемы с обучением, с поиском сотрудников в Омске, в этом регионе?

Можно сказать, что Омск – такой очень благодатный регион, потому что здесь куча технических вузов находится, и постоянно выпускаются программисты. Еще у нас очень сильная такая информатика на уровне школ, то есть у нас в городе есть так и называемая «Школа программиста». Это организация, которая, ну, грубо говоря, после уроков приходит в класс и рассказывает про настоящее программирование, про то, как оно действительно есть. То есть у нас, вообще говоря, поток специалистов здесь большой –  они учатся, воспитываются, потом идут в вузы, из вузов выпускаются. И поэтому, в принципе, нам повезло. Нам повезло еще в том смысле, что здесь нет каких-то больших игроков, в Омске, которые бы весь рынок труда перекупили, как Intel в Новосибирске в свое время, например.

А в Москве какое у вас представительство? То есть, я так понимаю, у вас тут продажники и проджект-менеджеры сидят, а в Омске весь аутсорс?

В Москве у нас сейчас, собственно, я, генеральный директор, и арт-директор. Больше никого нет. Все руководители проектов в Омске. Мы же занимаемся документооборотом, знакомствами с клиентами, какой-то предварительной подготовкой проектов. Самое начало проекта, когда нужно очень внимательно посмотреть, показать, что мы можем, показать, как мы можем работать. Впоследствии подключаем уже своих коллег для дальнейшей работы.

А есть у вас что-нибудь из модных технологий? Я смотрю ваше портфолию реализованных проектов. Что-нибудь из модного – искусственного интеллекта, я не знаю, дополненной реальности? Что-нибудь из такого вы делаете?

Если говорить про просто дополненную реальность, VR – прикасающиеся к этой теме проекты есть. То есть то же приложение по Чемпионату мира по шахматам – это приложение, в котором можно было использовать свой телефон для просмотра VR-трансляции в прямом эфире,  как играют в шахматы на этом турнире. Там стояло несколько камер 360 градусов, в том числе они стояли на головах у гроссмейстеров самих. То есть можно было посмотреть на доску глазами гроссмейстера.

Расскажите, если можно, поподробнее, как к вам зашло это вообще приложение – Чемпионат мира по шахматам?

Это был проект из разряда таких срочных проектов. Люди пришли по рекомендации и сказали: «Необходимо сделать такую вещь. Чемпионат мира довольно скоро». Через месяц. То есть на самом деле для нашей отрасли это вообще очень такой короткий промежуток. Мягко говоря. Мы обычно говорим: «Давайте рассчитывать на два месяца, на три месяца». А здесь говорят: «Через месяц уже Чемпионат. Можете сделать?». И это был такой очень интересный, задорный проект, который вспоминают и руководители проекта, и разработчики, потому что, действительно, нужно было импровизировать, действительно нужно было как-то все это вместе собирать. И это было то, что еще мы раньше не делали. Это все как бы подняло градус и эмоциональное состояние нашей команды. Поэтому такой проект для нас значимый и отложившийся в памяти.

Я еще хотел рассказать про нейронные сети, сейчас эта тема набирает обороты. И на самом деле это интересная штука. В какой-то момент вышел, вы, наверно, помните, FindFace, который позволяет по фотографии определить ваш профиль ВКонтакте. Мы с Сашей сидели на крыльце и такие думали: «Блин! Это же довольно просто сделать». То есть наверняка все эти технологии есть, и все это доступно.

И у нас появился такое подразделение, которое мы назвали там, грубо говоря, LT Lab , то есть это наша лаборатория, в которой мы занимаемся теми проектами, в которые сами инвестируем и смотрим, что из этого выйдет. И в течение полугода мы создавали аналог сервиса FindFace, то есть сервис, который позволяет распознавать лицо и сопоставлять с лицом из базы. И некоторые результаты у нас получились, но там как бы до уровня FindFace у нас так быстро не получилось дойти. То есть мы думали, что у нас там один-два месяца, и все получится, и мы будем, так сказать, на коне. Но, к сожалению, это действительно очень такая наукоемкая штука, и нахрапом, очень быстро здесь не получается.

Только спустя полгода мы пришли к выводу, что теперь мы в этом что-то понимаем, и понимаем, что делать, но чтобы дальше это сделать качественно в плане точности определения, скорости поиска, нужно вложить там какое-то приличное количество денег, часть которого пойдет на оплату серверов, часть которого пойдет на зарплаты команды, которую надо существенно расширить по сравнению с тем, что мы тогда делали, выделяли на этот проект. То есть существенно вложиться. И для этого нужно было понимать, каким образом мы это будем окупать, и найти каких-то потенциальных клиентов, что ли на такую услугу. Поэтому в тот момент мы проект приостановили.

Так как у меня тоже когда-то была студия мобильной разработки, я помню, что одно время делать проекты для других было интересно, до какого-то периода времени ты все время чему-то учишься, что-то развиваешь, очень много нового. Но потом количество перестает переходить в качество, потому что ты формируешь себе какой-то профиль, то есть заказы приходят похожие, нового чего-то нет. И появляется интерес делать свои собственные проекты или продукты. И у меня их там была парочка, к сожалению, не очень успешных, скажем так. Но я надеюсь, что мы получили определенный опыт и точно получили удовольствие от этих проектов. у вас есть что-то такое, что-то, что вы делаете для себя, для удовольствия, то есть не на заказ, а по собственной инициативе?

У меня два ответа на этот вопрос. Они сильно разные. Во-первых, да, мы пришли из продуктовой разработки в сервисную. И в том числе одна из целей, которая у нас была на будущее – это вернуться в продуктовую разработку, потому что мы это сразу уже любили и хотели этим заниматься, и понимали, что там. В тот момент у нас была довольно маленькая команда. Нам не хватало каких-то возможностей, чтобы сделать что-то лично, несколько продуктов для того, чтобы как-то диверсифицировать риски свои и сделать хорошую продуктовую компанию. И мы там с таким прицелом шли в сервисную разработку, чтобы накопить опыт, накопить команду и потом вернуться к своим продуктам. И мне видится, что в ближайшие год-два мы это сделаем. Это как бы один ответ. То есть мы хотим, смотрим на какие-то варианты, сейчас в том числе.

Второй ответ – что работа над клиентскими приложениями, по моему мнению, отличается от продуктовой разработки. Есть этот момент, что часто компании, типа нашей, попадают в такие «мышиные бега», когда качество поднять сложно, часто меняются люди в команде, поэтому мы занимаемся работой над продуктами наших клиентов на такой низкой стадии, скажем, на уровне исполнителей.

И из этого можно выйти… выйти в сторону, чтобы показать, что мы готовы делать больше, готовы заниматься вашим продуктом, в том числе и как продуктовая компания, и больше внимания уделять именно планированию стратегическому продуктов, их развитию, аналитике – поведения пользователей, предложений по изменению функциональности какой-то, удобства и т.д.

Мы являемся уже не исполнителем, которого привлекли на короткий срок, чтобы сделать это максимально дешево. Мы становимся уже, по факту, технологическим партнером. Да, мы не участвуем в распределении прибыли этого проекта, но мы уже занимаемся этим проектом как, в том числе, своим продуктом..

И, скорее, тут разница в подходе, что если получится организовать с клиентом такое взаимодействие, то разницы не будет. То есть, если это большой клиент, большой проект, значит, с нашей стороны участвует команда, она работает над проектом постоянно, в течение долгого времени. Мы принимаем решение, мы участвуем в принятии решения – каким образом продукт будет развиваться, участвуем в его аналитике. То есть сам процесс не отличается от процесса работы над продуктом.

Это хорошая история. Мне кажется, сейчас все серьезные студии, которые занимаются мобильной разработкой, они именно так к процессу и подходят, потому что это должно действительно быть частью продукта и вашего, то есть вы понимать проблемы заказчика, должны понимать какие-то глубинные вещи, которые влияют на то, какие решения вы  предлагаете. Но для меня здесь, скорее, важным было то, что когда к вам приходит клиент и говорит: «Сделайте мне, условно, интернет-магазин», у вас нет возможности ему сказать: «Давайте мы сделаем не интернет-магазин, а игру». Вы не можете поменять тематику, вы не можете выбрать и сказать: «Вы знаете, нет. Мы сделали 10 интернет-магазинов. Нам неинтересно больше делать интернет-магазины. Мы хотим сейчас делать To Do менеджеры».

Во-первых, с таким подходом очень большие проблемы потом с продажами наступают. Мы люди, которые из Советского Союза вышли, хотя уже 25 лет прошло, мы термин «продажа» понимаем как впаривание. Оно так и возникает, что сначала мы придумали, что-то, что сами хотим сделать для себя, потом мы его сделали, а потом нам нужно найти покупателя на это. И другого способа, кроме как впаривать, у нас не остается.

Во-вторых, очень частая проблема, когда сотрудники демотивируются, то есть сотрудникам неинтересно делать что-то. И делать то, что нам хочется, а не то, что нам дают – это совсем не единственное решение этой проблемы.

То есть проблема, как правило, возникает не в том, что люди делают не то, что они сами хотят. Люди готовы на самом деле на многое. Они готовы переключаться с одной задачи на другую. Если я хочу To Do менеджеры, но мне кто-то предложит сделать игру, в принципе, я готов и игру. Самое главное, что чтобы сотрудник видел смысл того, что он делает. То есть он понимал, что он делает действительно какую-то крутую вещь, которая успешна, у которой есть много пользователей, которая сама по себе очень кайфовая, которой можно гордиться, о которой можно рассказывать всем остальным. Как только мы говорим про такие продукты, то я так думаю, что у большинства сотрудников не возникает этих проблем с тем, что неохота этим заниматься.

Действительно, у нас такая была точка где-то в середине 2016 года, это был июль, по-моему. Мы начали думать про то, а зачем вообще наша компания, зачем Live Typing, чего мы вообще делаем, какой смысл. Мы очень четко это увидели, что наш смысл в том, чтобы делать такие продукты, то есть вкладываться в бизнес клиента, чтобы у него бизнес развивался, чтобы мобильное приложение не просто было, потому что у кого-то там что-то зачесалось или кто-то что-то придумал себе, а чтобы действительно оно  было продолжением бизнеса клиента.

Естественно, не всегда удается только такие проекты брать, но это тот как бы ориентир, к которому мы стремимся. И как показывает практика, команда всегда рада, когда такие проекты новые у нас возникают. Поэтому я не думаю, что если мы говорим про мотивацию, то здесь все дело только в том, что я сам придумываю задачу или я не придумываю задачу.

Внутри технологической компании, сервисной компании все-таки развиваются компетенции, прежде всего, технологические – дизайн, проектирование, разработка. Но, например, маркетинг, продажи – они у нас есть, но мы очень узким рынком занимаемся, то есть у нас все-таки В2В клиенты, В2В продажи, какой-то специализированный маркетинг, то есть который направлен больше на повышение нашего места в рейтингах, например, чем на какого-то массового пользователя. Компетенции именно большого маркетинга, пользовательских продаж внутри компании, типа нашей, очень слабо развиваются. И нам для создания продуктов, для создания именно нужных людям продуктов не хватает именно бизнес-компетенций, которые бы могли двигать и создавать проект, его придумать  правильно, найти, понять, что нужно людям, протестировать эту нужность и только потом делать.

И это такая большая боль всех компаний на рынке, которые начинают делать свои продукты. Они начинают придумывать какую-то идею, начинают в нее вкладывать ресурсы, долго-долго это делают, потом не могут это продать. И поскольку проект уже сделан, то эти ресурсы вытягиваются довольно долго. И часто компании если не разоряются, то имеют большие проблемы с тем, что у них внутри есть какой-то продукт, который они не могут остановить.

Вы стараетесь быть технологическим партнером и больше бизнес-партнером для ваших клиентов. У вас в портфолио есть много стартапов. Бывают ли такие случаи, что вы отказываете таким клиентам, которые приходят к вам с каким-то идеями, а вы говорите, что «Нет, не взлетит»?

Безусловно, происходит. Происходит очень часто. У нас сразу у аккаунт-менеджеров, которые встречают клиента, обсуждают его задачи, задают вопросы, которых раньше просто не было. То есть мы, например, интересуемся у стартапов, проверена ли эта бизнес-модель, есть ли такие же конкуренты в других странах, на основании чего они вообще считают, что эта бизнес-модель будет сходиться. Также частый вопрос – существует ли выделенный бюджет на маркетинг?

Потому что если приходит человек, который готов потратить, грубо говоря, 4 миллиона просто потому, что ему надоело заниматься своим традиционным бизнесом, и он хочет сделать стартап, но при этом у него нету представления о маркетинге, нету представления о том, как будет там расти и развиваться, нет какой-то продуманной модели роста, и вообще это просто такая проба пера, то, по нашему опыту, в результате для нас самих будет гораздо хуже, если мы начнем это делать. То есть это будет очередной мертвый проект, который не сможет никого порадовать. И самое главное, что произойдет демотивация внутри компании.

Когда разработчик делает что-то, непонятно, непонятно для кого, сам не верит, что оно выстрелит, то, как правило, это очень сильно ударяет по нему. У нас, кстати, недавно ушел сотрудник, который… это прямо реальная история… он 2,5 года занимался продуктами, которыми никто не пользовался впоследствии. Это были какие-то или MVP, или стартапы, или какие-то такие вещи, к которым потом не было массового потока пользователей, и это его очень разочаровывало, потому что каждый, наверно, хочет делать то, чем пользуются миллионы, и никто не хочет делать что-то «в стол».

Сейчас у нас есть много проверяющих вопросов, которые отфильтровывают входящие проекты, чтобы такого происходило меньше. Потому что мы думаем, что мы лучше отговорим клиента этим проектом заниматься или уговорим делать какие-то гораздо более дешевые тесты, проверки гипотез, которые, мы тоже помогаем делать, но не вкладываться в дорогую разработку непроверенных идей. И лучше у нас будет меньше работы, но на выходе получится клиент, который к нам вернется с другим проектом или с продолжением этого проекта, как-то повернутым по-другому, когда это будет уже чем-то более реальным.

А с компаниями такое бывает?

Конечно, это касается не только стартапов. Очень часто бывает, что приходит клиент, у него есть компания, ему захотелось мобильное приложение. Непонятно почему, он не знает зачем, но хочет мобильное приложение со всеми возможными плюшками, которые только существуют. Это уже умение аккаунт-менеджера – разговор от бюджета и сроков переводить в смысл происходящего. Какая бизнес-задача? А что мы решаем? То есть выпустится это мобильное приложение, и что будет дальше? Будут клиенты покупать больше? Будет больше новых клиентов? Они будут более радостные? Что произойдет? За что мы боремся? И этот разговор, как правило, он развязывает руки обеим сторонам. И мы можем больше предложить. И клиент готов на разные варианты решений. Я думаю, что и для стартапов, и для традиционных клиентов необходимо начинать с какого-то бизнес-обоснования, то есть что мы хотим получить, и для кого мы это хотим получить.

Спасибо!

 

Комментарии
Продолжить чтение

Реклама

Наша рассылка

Нажимая на кнопку "Подписаться" вы даете согласие на обработку персональных данных.

Вакансии

Популярное

X
X

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.